ЧЕМУ НАС МОГУТ НАУЧИТЬ БРАТЬЯ НАШИ МЕНЬШИЕ

Раздел: 
Психология

            Багира дала Маугли с десяток шлепков, легких, на взгляд пантеры (они даже не разбудили бы ее собственного детеныша), но для семилетнего мальчика это были суровые побои, от которых всякий рад был бы избавиться. Когда все кончилось, Маугли чихнул и без единого слова поднялся на ноги. Одна из прелестей Закона Джунглей состоит в том,что с наказанием кончаются все счеты. После него не бывает никаких придирок.
                                                  Редьярд Киплинг, «Книга джунглей» .
 Своих любимцев, да и вообще животных, которые нам симпатичны, мы часто называем «братьями нашими меньшими». Меньшие – подразумевается менее разумные. Но всегда ли мы ведем себя поистине разумно? Мы настолько оторвались от природы, что порою забываем о своей биологической сущности, об инстинктах, которые вырабатывались генетической мудростью множества поколений. А многие из этих инстинктов весьма разумны. Так что посмотрите на наших любимых животных: разве мы умеем так, не раздумывая, радоваться жизни, жить даже не одним днем – одним мигом? На это способны только животные и дети. И многое еще, обратясь к развитой цивилизации, мы утратили. Попробуем же непредвзято взглянуть на то, что мы потеряли. И в первую очередь – на то, что мы можем восстановить, учась у животных. Попробуйте забыть, что «человек – венец творения», оставьте в стороне гордыню – ведь учиться никогда не поздно, в том числе и у малых сих.
Возьмем, например, родительское поведение. Рождение ребенка в семье – это и радость, и бесконечные заботы и хлопоты. И человеческие дети, и зверские детеныши быстро растут, и родители должны не просто кормить, холить и защищать своих отпрысков, но и обучать их и воспитывать. Для начала – хотя бы приучать их к горшку. В логове гадить нельзя! Вот для кошки-мамы это не проблема: котята повсюду следует за ней, в том числе и в лоток, и очень рано они учатся справлять свои естественные потребности «как полагается». Увы, в последнее время многие человеческие дети чуть ли не до трех лет не умеют проситься в туалет – гораздо проще надеть на ребенка памперсы и не думать о том, намочил ли он штанишки, чем вовремя заняться его обучением...
В животном мире мамы обычно очень заботливые и внимательные, но в то же время строгие родительницы. «Если бы все женщины были такими матерями, как белые медведицы, у человечества не было бы проблем», - так считает зоолог Никита Овсянников, проведший за полярным кругом в обществе белых медведей не один полевой сезон. Животные обучают отпрысков не только своим примером, но и выстраивая четкие рамки того, что дозволено и что - нет, и немедленно наказывают, если неразумное дитя переступает невидимую черту. Наказывают не жестоко, но чувствительно, иначе нельзя – нарушая неписанные правила поведения, не выживешь в дикой природе:
... Вот вам Джунглей Закон - и
     Он незыблем, как небосвод.
     Волк живет, покуда Его блюдет;
     Волк, нарушив Закон, умрет.*
Мне посчастливилось много общаться с дельфинами и наблюдать за самками с маленькими детенышами. Дельфинята, как и любые дети, очень шаловливы и подвижны, и доля дельфина-мамы весьма нелегка. Она ни на минуту не выпускает своего отпрыска из вида и при необходимости призывает к порядку: зажимает под водой озорника передними ластами. Этот способ – фиксация непослушного – вообще часто применяется в животном мире. В более серьезных случаях дельфинихи не стесняются пускать в ход и зубы. Вообще у зверей, за неимением устной речи, в ходу физические наказания, то есть в основном тряска и трепка. Так, например, суки призывают к порядку щенят-неслухов. Точно так же кинологи рекомендуют хозяевам учить уму-разуму своих собак, которые хулиганят или злостно не подчиняются командам.
Впрочем, кое-чему наши питомцы учатся и у нас. У меня был знакомый кот по имени Рыжик, так он воспитывал своего котенка, шлепая его лапой по попке! И пусть меня предадут анафеме, но ей-богу, легкий шлепок по попке или полушутливый подзатыльник – не самое плохое воспитательное средство и в человеческом обществе. Однажды у меня были небольшие неприятности в кризисном стационаере, где я тогда работала: подростку, который нарушил режим и ушел из отделения без разрешения, я дала легкий подзатыльник. Паренек все понял: нотации на него давно  уже не действовали, а мой жест онвоспринял как дружески-укоризненный. Зато мои коллеги были весьма недовольны моим "рукоприкладством"
 На самом деле такое квази-физическое наказание гораздо лучше, чем долгая занудная нотация, крик (неприкрытое выражение агрессии) или, еще того пуще, наказание отстраненным молчанием. Именно последний способ наказания, отчужденное холодное поведение родителей приводит к ощущению отвержения, юный человечек чувствует себя изгоем и, увы, это нередко приводит к проблемам уже в зрелом возрасте. Дети непосредственны, живут «здесь и сейчас», а потому такое наказание ими воспринимается или очень тяжело, или вообще не воспринимается («А Васька слушает, да ест). 
Тряска, легкая трепка или шлепок – это не только и не столько наказание за прошлый проступок, но и отрицательное подкрепление, показывающее, что так делать нельзя! То есть это работа на будущее. И еще – это телесный контакт. Не отторжение, отчуждение, а именно телесный контакт, пусть и с негативным оттенком. Близость. Часто люди, которые принципиально никогда и пальцем не тронут своего ребенка, не трогают его не только в отрицательном, но и в положительном смысле – никогда его не обнимут и не приласкают, а физический, тактильный контакт родителей и ребенка необходим. Из таких «неприкасаемых» детей вырастают несчастные взрослые. Им очень сложно научиться некоторым простым вещам, например, обниматься и целоваться при встрече и прощании, а общение с противоположным полом порою представляет непреодолимые трудности.
Надо ли наказывать детей? Иногда надо, они должны знать, что некоторые способы поведения неприемлемы в человеческом обществе. Например, воровство (исследования показали, что чуть ли не 99% детей прошли через период воровства, пока родители или другие воспитатели не смогли им внушить представление о святости частной собственности). Но есть и менее социально опасные поступки, с которыми тем не менее трудно мириться окружающим. Одно время на западе была крайне популярна система воспитания по доктору Споку, когда детям было позволено все. Там не были, очевидно, знакомы со знаменитой фразой из «Снежной королевы» Евгения Шварца: «Детей надо баловать, тогда из них вырастают настоящие разбойники». Возможно, из детей, воспитанных по доктору Споку, разбойники выходят необязательно, но те, кто имел несчастье близко общаться с ними и не сошел с ума, наверняка вернутся к старым дедовским способам воспитания. А главное – когда юнцы, кому в детстве было все дозволено, вырастают, им очень трудно приспособиться к законам человеческого общежития. Увы, родители должны контролировать своих чад, чтобы привить им понятие о дисциплине.
А еще мы общаемся на уровне запахов. Конечно, обоняние людей не идет ни в какое сравнение с обонянием, например, собак, для которых оно важнее, чем зрение или слух. По сравнению с ними наше умение различать запахи кажется ничтожным, но тем не менее оно существует и играет важную роль в нашей жизни, хотя чаще всего это не осознается. Та «химия», которая вдруг возникает между людьми разного пола и ведет к влюбленности, имеет в основе своей запаховую основу; если запах тела почему-либо не нравится, никакого развития отношений не будет. Более того, мужчины определяют по запаху, когда женщина находится в самой благоприятной для зачатия фазе менструального цикла – именно в этот момент женщины кажутся им наиболее привлекательной, хотя если сказать им об этом, они очень удивятся – все это происходит на бессознательном уровне. Бывает, женщина с удовольствием надевает рубашку своего партнера, опять-таки не осознавая, что она «душится» его запахом. Кстати, не надо путать собственный, присущий человеку запах с «благоуханием» несвежего пота – пот быстро разлагается бактериями и приобретает характерный отвратительный душок. Запах тела определяется генетически и передается в какой-то мере потомству, «ненавязчиво» свидетельствуя о том, что дети и родители действительно состоят в кровном родстве, что очень важно с биологической точки зрения: ведь высшая цель индивида – оставить свои гены в последующих поколениях. Приемные дети, обладающие «чуждым» запахом, нередко вызывают у родителей раздражение, которое те пытаются объяснить рационально (плохо себя ведет и т.п.), но на самом деле на бессознательном уровне чужой ребенок отвергается, и нужно много работать над собой, чтобы преодолеть это отвращение. У животных этот вопрос решается просто – вылизывая детеныша, мама передает ему свой запах, к тому же многие звери метят своих отпрысков выделениями специальных желез. Именно этим объясняется выживание в семьях других видов различных детенышей-«маугли»: если их не съедят в первый момент, то, как только они пропитаются «благовониями» логова, из «чужих» превращаются в «своих», и приемные родители не делают разницы между собственными детьми и бывшими чужаками. К сожалению, в человеческих семьях таких запаховых отметин не существует, а следовало бы! Потому что среди людей существует ужасная статистика: отцы гораздо чаще убивают приемных детей, чем своих собственных – точнее, в 65 раз чаще. По счастью, инфантицид (убийство детей) – событие крайне редкое, так что забудем о криминале. Но есть обычная жизнь, и в этой обычной жизни люди женятся, разводятся и вступают в повторный брак, приводя с собой детей от предыдущего, и поэтому проблема «злых мачех», а чаще – злых отчимов стоит достаточно остро. Принимая женщину с детьми, мужчина воспринимает их как ее частички, и ее «аромат» как бы частично их окутывает. В идеальном случае этого достаточно, к тому же кроме биологических в отношения отчимов и пасынков вмешиваются рациональные, эмоциональные и социальные сотивы. Сложнее дело обстоит, если речь идет об усыновленных детях. К сожалению, взяв ребенка из детского дома, приемные родители нередко не могут с ним справиться; бывает, что взрослые, «не сойдясь характером» с маленьким человечком, сдают его обратно. На самом деле это взаимное раздражение во многом объясняется генетической несхожестью. Отсюда следует, что совершая доброе дело – усыновляя сироту, - нельзя руководствоваться исключительно внешностью ребенка и данными метрики. Извините, но выбирая щенка, мы берем именно того песика, который нам симпатичен, который сам ползет нам навстречу и которого приятно потискать, почему же ребенка предлагается выбирать по анкете и фотографии? Взаимная симпатия, причем и на телесном уровне, между потенциальными родителями и будущим сыном или дочкой просто обязательна, взрослым и ребенку нужно буквально попробовать друг друга на нюх и на вкус. В общем, они должны подходить друг другу как... почти как действительно родные люди.